Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.

Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.

Раздел "Школа должна учить мыслить!"

с.153.

В том, что школа должна учить мыслить, будто бы никто не колеблется. Но каждый ли сумеет ответить прямо на прямо поставленный вопрос: а что это означает? Что означает «мыслить» и что такое «мышление»? Вопрос далековато не обычной и в неком смысле коварный, что и находится Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., стоит копнуть чуток глубже.

Очень нередко, и, пожалуй, еще почаще, чем кажется, мы путаем тут две очень различные вещи. В особенности на практике. Развитие возможности мыслить и процесс формального усвоения познаний, предусмотренных программками, – два процесса, никак не совпадающих автоматом, хотя и неосуществимых один без другого. «Многознание мозгу не научает Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.», хотя и «много знать должны любители мудрости». Слова, произнесенные две с излишним тыщи годов назад Гераклитом Эфесским, не устарели и доныне.

Разуму – либо возможности (умению) мыслить – «многознание» само по себе вправду не научает. А что все-таки научает? И можно ли ему обучить (научиться) вообщем?

с.154.

Существует далековато не Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. необоснованное мировоззрение, согласно которому мозг (способность мыслить, «талант» либо просто «способность») – от бога. В более просвещенной терминологии – от природы, от папы с матерью. По правде, можно ли ввести в человека разум в виде системы точно и строго отработанных правил, схем операций? Короче говоря, в виде логики? Видимо Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., нельзя, в пользу чего свидетельствует опыт, образно обобщенный, а именно, в интернациональной сказке о дурачине, который вожделеет участникам похоронной процессии: «Таскать вам, не перетаскать». Понятно, что самые наилучшие правила и рецепты, попадая в глуповатую голову, не делают ее умнее, но зато сами преобразуются в забавные нелепости. Во всяком случае, В Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.. И. Ленин как «остроумное» процитировал мировоззрение насчет предрассудка, как будто логика научает мыслить: «Это похоже на то, как если б произнесли, что только благодаря исследованию анатомии и физиологии мы в первый раз научаемся переваривать еду и двигаться». И по правде, доверчивый предрассудок.

В пользу приведенного представления свидетельствует не Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. только лишь прямой и неоспоримый опыт. Самые четкие и строгие правила, составляющие логику, не научают и не могут обучить так именуемой «способности суждения», другими словами возможности решать, попадает ли, подходит ли данный случай, этот факт под данные правила либо же не подходит, отмечал еще Иммануил Кант в собственной «Критике незапятнанного Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. разума».

И «способность суждения» нельзя вложить в голову в виде системы правил. Она – «особый дар, ко-

' См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 79.


с.155.

торый просит упражнения, но которому научиться нельзя... Отсутствие его нельзя восполнить никакой школой, потому что школа может и ограниченному рассудку дать и Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. вроде бы вдолбить в него сколько угодно правил, взятых у других, но способность верно воспользоваться ими должна быть присуща даже школьнику, и если нет этого естественного дара, то никакие правила, которые могли быть предписаны ему с этой целью, не гарантируют его от неверного внедрения их».

«Отсутствие возможности суждения есть, фактически, то, что Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. именуют тупостью, и против этого недочета нет лекарства». И схожая тупость становится тем самодовольнее и упрямее, чем строже и тщательнее соблюдает она все правила «общей логики»...

По-видимому, хоть какой, даже тупой и ограниченный мозг может при помощи обучения добиться даже учености. Но потому что совместно с этим Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. схожим людям недостает возможности суждения, то не уникальность «встретить очень ученых мужей, которые, применяя свою науку, на каждом шагу обнаруживают этот неисправимый недостаток», – меланхолически подытоживает свое рассуждение Кант. И с ним приходится согласиться.

Но как быть в таком случае с призывом, написанным в качестве заголовка? Не обосновывает ли сам Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. создатель, ссылаясь на очень почтенные авторитеты, что воплотить этот девиз нельзя, и что разум – естественный дар, а не благоприобретаемое умение?

По счастью, дело обстоит не так. Правильно, что способность (умение) мыслить нереально «вложить» в череп в виде суммы правил, рецептов либо, как обожают сейчас выражаться, алгоритмов. Человек все таки Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. остается человеком, хотя кое-кто и желал бы перевоплотить его в «машину». В виде алгоритмов в череп

с.156.

можно «вложить» только механический разум счетчика-вычислителя, но не разум математика.

Но приведенными выше соображениями совсем не исчерпывается позиция даже Канта. Тем паче позиция материалиста. Сначала ошибочно, что мозг – естественный Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. дар. Мозгом, либо способностью мыслить, человек должен матери-природе так же не много, как и богу-отцу. Природе он должен только мозгом – органом мышления. Способность же мыслить при помощи мозга не только лишь развивается (в смысле совершенствуется), да и появляется в первый раз только совместно с приобщением человека к общественно Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.-человеческой культуре, к познаниям. Так же, вобщем, как и способность ходить на 2-ух ногах, которой человек от природы также не обладает. Мозг – такое же «умение», как и все другие людские возможности.

Правда, если малыша использовать свои задние конечности для прямохождения просто учит неважно какая мама, то воспользоваться мозгом для мышления умеет Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. его учить далековато не каждый профессионал-педагог. Но довольно умная и внимательная мама делает это, обычно, еще лучше, чем другой преподаватель. Она никогда не отмахнется от трудной заботы, связанной с воспитанием мозга малеханького человека, под тем комфортным для интеллектуально ленивого «воспитателя» предлогом, что данный ребенок – от природы Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., от рождения неспособный... Мышлению малеханького человека учит вся окружающая его жизнь – и семья, и игры, и двор, и такие же мелкие человечки, как он сам, и повзрослее, и даже помоложе. Заботы о младшем братишке тоже требуют разума и тоже развивают его.

Представление о «врожденности», о «природном» происхождении возможности (иди Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. «неспособности») мыслить – только занавес, скрывающий от

с.157.

интеллектуально ленивого преподавателя те действительные (очень сложные и персонально варьирующиеся) происшествия и условия, которые практически пробуждают и сформировывают разум, способность без помощи других мыслить. Таким представлением обычно оправдывают недопонимание реальных критерий формирования личности малыша, ленивое нежелание вникать в их и брать на Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. себя нелегкий труд по их организации. Свалил на природу свою свою лень – и совесть размеренна, и ученый вид соблюден.

На теоретическом уровне такая позиция безграмотна, а нравственно – небезопасна, ибо максимально антидемократична. С марксистско-ленинским осознанием задачи мышления она так же не вяжется, как и с коммунистическим отношением к человеку Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.. От природы все равны, в том смысле, что подавляющее большая часть людей рождается с на биологическом уровне обычным мозгом, в принципе способным – чуток легче либо чуток сложнее – усвоить все возможности, развитые их предшественниками. И грехи общества, распределяющего до поры до времени свои «дары» не настолько справедливо, как природа, нам не к Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. лицу сваливать на безвинную природу. Нужно открывать каждому человеку доступ к условиям целостного развития. В том числе к условиям развития возможности без помощи других мыслить – к одному из основных компонент людской культуры, что и должна делать школа.

Разум – дар общества человеку. Дар, который он, кстати, оплачивает позже сторицей Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.; самое «выгодное», исходя из убеждений развитого общества, «капиталовложение». Умно организованное, другими словами коммунистическое общество может состоять только из умных людей. И нельзя ни на минутку забывать, что конкретно

с.158.

люди коммунистического завтра посиживают за партами школ сейчас.

Мозг, способность без помощи других мыслить, формируется и совершенствуется исключительно в ходе личного Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. освоения интеллектуальной культуры эры. Он, фактически, и есть не что другое, как интеллектуальная культура населения земли, превращенная в личную «собственность», в принцип деятельности личности. В составе разума нет ничего другого. Он – индивидуализированное духовное достояние общества, если выразиться высокопарным философским языком.

А говоря просто, мозг (талант, способность и т. д.) представляет собой Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. естественный статус человека, норму, а не исключение. Обычный итог развития обычного в био отношении мозга в обычных же – человечьих – критериях.

С другой же стороны, глуповатый человек, человек с неисправимым недочетом «способности суждения», есть сначала, изувеченный человек, – человек с искалеченным мозгом. И искалеченность органа мышления – всегда следствие «ненормальных», «неестественных» (исходя Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. из убеждений подлинных критериев людской культуры) критерий, итог грубо насильных «педагогических» воздействий на очень ласковый (в особенности в ранешном возрасте) орган.

Покалечить орган мышления еще легче, чем хоть какой другой орган тела человека, а излечить очень тяжело. А позднее – и совершенно нереально. И один из самых «верных» методов Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. уродования мозга и ума – формальное заучивание познаний. Конкретно таким методом выполняются «глупые» люди, другими словами люди с атрофированной способностью суждения. Люди, не умеющие хорошо соотносить усвоенные ими общие познания с реальностью, а поэтому то и дело попадающие впросак.

с.159.

Зубрежка, подкрепляемая нескончаемым повторением (которое следовало бы именовать не мамой, а Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. быстрее, мачехой учения), увечит мозг и ум тем точнее, чем – типичный феномен – справедливее и «умнее» сами по для себя усваиваемые правды. По правде, глуповатую и вздорную идею из головы малыша стремительно выветрит его свой опыт; столкновение таковой идейки с фактами принудит его усомниться, сравнить, спросить «почему?» и вообщем Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. «пошевелить мозгами». «Абсолютная» же правда никогда ему такового повода не представит. Ему будет казаться, что абсолютам всякого рода вообщем противопоказаны какие бы то ни было «шевеления», что они недвижны и жаждут только того, чтоб им следовали. Потому зазубренная без осознания «абсолютная» правда и становится для мозга кое-чем вроде Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. рельс для поезда, кое-чем вроде шор для работяги-лошади. Мозг привыкает двигаться только по торенным (другими мозгами) путям. Все, что лежит на право и на лево от их, его уже не интересует. На остальное он просто не направляет внимания как на «несущественное» и «неинтересное». Это и Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. имел в виду большой германский писатель Б. Брехт, говоря, что «человек, для которого то, что два раза два четыре, разумеется, никогда не станет величавым математиком».

Каждому понятно, как мучительно переносит хоть какой живой ребенок эту грубо насильную операцию над его мозгом – «зазубривание» и «вдалбливание». Даже на изобретение схожих поэтически выразительных определений взрослых Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. могли воодушевить только очень противные мемуары юношества. Ребенок не случаем, не из каприза, переживает «вдалбливание» как насилие. Ведь природа устроила наш мозг так отлично и умно, что он не нуждается в

с.160.

«повторениях», в особом «заучивании», если имеет дело с кое-чем конкретно для него понятным, увлекательным Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. и необходимым. Вдалбливать потому приходится только то, что человеку неясно, неинтересно и нередко не надо, то, что не находит никакого отзвука и эквивалента в его конкретном актуальном опыте и никак из него не «вытекает».

Как обосновали бессчетные опыты, память человека хранит вообщем все то, с чем имел дело ее владелец в протяжении Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. всей жизни. Но одни познания хранятся в мозгу, так сказать, в активном состоянии, под рукою, и всегда при нужде могут быть усилием воли вызваны на свет сознания. Они плотно сплетены с активной чувственно-предметной деятельностью человека и напоминают отлично организованное рабочее место: человек берет тут подходящий предмет Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., инструмент, материал не смотря, не вспоминая специально, каким мускулом необходимо двинуть. Другое дело – познания, усвоенные мозгом без всякой связи с основной деятельностью человека, так сказать, «про запас». Французские психологи, к примеру, методом особенных воздействий на мозг старенькой безграмотной дамы принудили ее часами декламировать древнегреческие стихи, ни содержания, ни смысла Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. которых она не понимала, и «помнила» только поэтому, что когда-то, много годов назад, некий прилежный гимназист заучивал их при ней вслух. А рабочий-каменщик тоже «вспомнил» и точно нарисовал на бумаге необычные изгибы трещинкы в стенке, которую ему когда-то пришлось чинить... Чтоб «вспомнить» подобные вещи, человеку Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. приходится делать над собой истязающие усилия и в большинстве случаев – неудачно.

с.161.

Дело в том, что гигантскую массу ненадобных, никчемных и «не работающих» сведений мозг погружает в особенные черные кладовые памяти, ниже порога сознания. В их хранится все, что человек лицезрел либо слышал хотя бы раз. В особенных – ненормальных Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. – случаях весь хлам, накопившийся в кладовых памяти за много лет, всплывает на поверхность высших отделов коры мозга, на свет сознания. Человек вспоминает тогда вдруг массу мелочей, казалось бы издавна и совсем позабытых. И вспоминает вот тогда, когда мозг находится в бездеятельном состоянии, в большинстве случаев, в состоянии гипнотического сна, как в Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. опытах французских психологов. И понятно, ибо «забвение» – не недочет. Как раз напротив – «забывание» производят особые опытные механизмы мозга, охраняющие орган мышления (отделы активной деятельности мозга) от затопления ненадобной информацией. Оно – естественная защитная реакция коры от глупых и глуповатых перегрузок. Если б однажды прочные замки забвения были сорваны с черных кладовых Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. памяти, все накопившееся там хлынуло бы в высшие отделы коры и сделало бы ее неспособной к мышлению – к отбору, сравнению, умозаключению и суждению.

Тот факт, что «забывание» не минус, не недочет нашей психики, а, напротив, преимущество, свидетельствующее о наличии специально и целенаправлено осуществляющего его «механизма», наглядно Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. показал русский психолог А. Н. Леонтьев на сеансе с одним известным владельцем «абсолютной памяти». Испытуемый мог с 1-го раза «запомнить» перечень в 100, двести, тыщу слов и воспроизвести его в любом порядке и спустя хоть какое время. После демонстрации ему был задан невинный вопрос, не припомнит ли он посреди отпечатавшихся в Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. его памяти слов одно, и конкретно: заглавие

с.162.

острозаразной заболевания изтрех букв? Наступила задержка. Тогда экспериментатор обратился за помощью к залу. И здесь оказалось, что 10-ки «нормальных» людей помнят то, что не может «вспомнить» человек с «абсолютной памятью». В перечне промелькнуло слово «тиф», и 10-ки людей с «относительной» памятью Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. совсем непроизвольно зафиксировали это слово... «Нормальная» память «спрятала» его в черную кладовую, «про запас», как и все другие девятьсот девяносто девять словечек. Но тем высшие отделы коры, ведающие мышлением, остались «свободны» для собственной специальной работы, в том числе и для целенаправленного «воспоминания» по путям логической связи. Мозгу же с «абсолютной Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. памятью» работать оказалось так же тяжело, как желудку, битком набитому камнями...

Опыт очень менторский. Наличие «абсолютной», механической, памяти – не преимущество, а, напротив, ущербность в отношении 1-го из важных и хитроумнейших механиков нашего мозга, нашей психики. Механизма, который интенсивно «забывает» все то, что конкретно неприменимо для воплощения высших психологических Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. функций, все то, что не связано с логичным потоком движения мыслей. Никчемное, не связанное с активной мыслительной деятельностью мозг старается запамятовать, опустить на дно подсознания, чтоб бросить сознание свободным и готовым к высшим видам деятельности...

Вот таковой «естественный» механизм мозга, охраняющий высшие отделы коры от злости, от наводнения хаотической массой Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. несвязной инфы, и разрушает, и увечит зубрежка. Мозг насильно заставляют «запоминать» все то, что он интенсивно старается запамятовать, запереть под замок, чтоб оно не

с.163.

мешало мыслить. В него «вдалбливают», сламывая его упорное сопротивление, сырой, необработанный и непереваренный (мышлением) материал. Волшебно тонкие механизмы тем портятся, калечатся грубым вмешательством. А Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. спустя много лет какой-либо мудрейший воспитатель свалит вину на природу...

«Естественный» мозг малыша изо всех сил сопротивляется такому пичканию непереваренными познаниями. Он старается избавиться от непережеванной им самим еды, старается опустить ее в низшие отделы коры, запамятовать, а его опять и опять дрессируют повторением, заставляют, сламывают, пользуясь различными средствами Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.. В конце концов собственного достигают. Но какой ценой! Ценой возможности мыслить.

Как не вспомнишь тут докторов из «Человека, который смеется»! Компрачикосы от педагогики и присваивают мышлению раз навечно зафиксированную «улыбку», делают его способным работать только по агрессивно «вдолбленной» схеме. И нет более всераспространенного метода производства глуповатого человека.

Отлично еще, если Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. воспитуемый не очень серьезно относится к зазубриваемой им ненадобной «премудрости», если он «отбывает номер». Тогда его не удается покалечить до конца, и окружающая малеханького человека жива жизнь его выручает. Она всегда умнее глуповатого преподавателя.

Безвыходные же тупицы растут часто как раз из самых послушливых и прилежных «зубрил», подтверждая тем Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., что и «послушание», и «прилежание» – такие же диалектически опасные плюсы, как и все остальные «абсолюты», в известной точке и при узнаваемых критериях превращающиеся в свою противоположность, в недочеты, в том числе неисправимые.

с.164.

И нужно сказать,что хоть какой живой ребенок обладает очень четким индикатором, отличающим «естественные» педагогические воздействия на Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. его мозг от насильных, калечащих. Он либо усваивает «знания» с жадно-живым энтузиазмом, либо проявляет тупое неприятие, упрямство, противодействие насилию. Он или с легкостью, с 1-го раза, «схватывает», при этом с наслаждением, или, напротив, никак не может «запомнить» обыкновенные, казалось бы, вещи, ерзая и капризничая...

Нравственно-чуткий преподаватель всегда Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. внимает схожим «естественным» сигналам «обратной связи», настолько же четким, как и боль при «неестественных» упражнениях органов физической деятельности. Нравственно-тупой и умственно-ленивый настаивает, заставляет, и в конце концов «добивается своего». Клики души малыша для него – пустая блажь.

А отсюда следует обычный и старенькый как мир Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. вывод – обучить малыша (ну и только ли малыша?) чему-либо, в том числе и возможности (умению) без помощи других мыслить, можно только при внимательнейшем отношении к его особенности. Древняя философия и педагогика называла такое отношение «любовью». Заглавие не такое уж некорректное, хотя некие любители «строгого мышления» и посчитают такое Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. определение «качественным» и поэтому – ненаучным...

Естественно, и к свидетельствам «самочувствия» малыша необходимо относиться с разумом. Может случиться, что он ерзает на месте не поэтому, что ему скучновато, а поэтому, что он намедни объелся незрелых слив. Ну что все-таки, «индивидуальность» – вещь вообщем капризная и математически совершенно точно не определяемая...

Но Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. все это, так сказать, нравственно-эстетическая прелюдия. Как же все-же учить мыслить? Любви и внимания к особенности здесь, понятно, мало, хотя без их и не обойтись.

с.165.

В общем и целом ответ такой. Нужно организовать процесс усвоения познаний, процесс усвоения интеллектуальной культуры так, как организует его тыщи лет Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. наилучший учитель – жизнь. А конкретно: так, чтоб ребенок повсевременно был обязан тренировать не только лишь (и даже не столько) память, сколько способность без помощи других решать задачки, требующие мышления в своем и четком смысле слова, – «силы суждения», умения решать, подходит данный случай под усвоенные ранее правила либо нет, а Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. если нет, то как здесь быть?

Решение задач – совсем не преимущество арифметики. Все человеческое зание есть не что другое, как непрекращающийся процесс постановки и разрешения все новых и новых задач, вопросов, заморочек, проблем. И само собой понятно, что только тот человек осознает научные формулы и положения, кто лицезреет в их не Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. просто фразы, которые ему надлежит зазубрить, а сначала – с трудом отысканные ответы на полностью определенные вопросы. На вопросы, естественно возрастающие из гущи жизни и безотступно требующие ответов.

Настолько же ясно, что человек, увидевший в теоретической формуле ясный ответ на замучавший (заинтересовавший) его вопрос, делему, трудность, такую Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. теоретическую формулу не забудет. Он не будет обязан ее зубрить. Он ее запомнит просто и естественно. А и «забудет» – не неудача. Он всегдаеевыведет сам, когда ему опять повстречается ситуация-задача с этим же составом критерий. А то, что мы обрисовали, и есть мозг,

Так что учить мыслить необходимо сначала Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. с развития возможности верно ставить (задавать) вопросы. Так начинала и начинает всякий раз сама

с.166.

наука – с постановки вопроса природе, с формулировки трудности, другими словами задачки, неразрешимой при помощи уже узнаваемых методов действий, узнаваемых – торенных и затоптанных – путей решения. Так же должен начинать свое движение в науке и каждый вновь вступающий на ее Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. поприще индивидум. В том числе – ребенок. С острой формулировки трудности, неразрешимой с помощью донаучных средств, с четкого и острого выражения проблемной ситуации.

Что бы мы произнесли о арифметике, который заставлял бы собственных учеников зазубривать назубок ответы, написанные в конце задачника, не демонстрируя им ни самих задачек, ни методов их Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. решения? Меж тем географию, ботанику, химию, физику и историю мы нередко преподаем детям конкретно таким несуразным методом. Мы вещаем им ответы, отысканные населением земли, нередко даже не пытаясь разъяснить, на какие конкретно вопросы даны, найдены, отгаданы ответы...

Учебники и последующие им учителя очень нередко, как досадно бы Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. это не звучало, начинают прямо с итоговых дефиниций. Но ведь реальные люди, создавшие науку, никогда не начинали с их. Дефинициями они кончали. А малыша вводят в науку почему-либо с оборотного конца. А позже удивляются, что он никак не может «усвоить», а «усвоив» (в смысле – зазубрив), никак не может Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. сопоставить общетеоретические положения с реальностью, с жизнью. Так и растет псевдоученый, педант, человек, другой раз понимающий назубок практически всю литературу по собственной специальности, но не понимающий ее.

Вот блестящий анализ разума педанта, произведенный Карлом Марксом. Он очень назидателен. Идет речь о германском экономисте В. Ф. Рошере. «Рошер непременно Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. обладает огромным – нередко совсем никчемным – познанием

с.167.

литературы, хотя даже в этом сходу вызнал я alumnus (любимца. – Ред.) Гет-тингена, который не ориентируется свободно в литературных сокровищах и знает только, так сказать, «официальную» литературу... Но, не говоря уже об этом, что за полезность мне от субъекта, знающего всю математическую литературу, но не понимающего Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. арифметики?.. Если схожий педант, который по собственной натуре никогда не может выйти за рамки ученья и преподавания заученного и сам никогда не сумеет чему-либо научиться, если б такой Вагнер был, по последней мере, честен и совестлив, то он мог бы быть полезен своим ученикам. Только бы он Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. не прибегал ни к каким лживым уловкам и произнес напрямик: тут противоречие; одни молвят так, другие – этак; у меня же по существу вопроса нет никакого представления; поглядите, не можете ли Вы разобраться сами! При таком подходе ученики, с одной стороны, получили бы узнаваемый материал, а с другой Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. – был бы дан толчок их самостоятельной работе. Естественно, в этом случае я выдвигаю требование, которое противоречит природе этого педанта. Его значимой особенностью будет то, что он не соображает самих вопросов, и поэтому его эклектизм сводится в сути только к натаскиванию отовсюду уже готовых ответов...» '

Наука и в ее историческом развитии, и Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. в процессе ее личного освоения вообщем начинается с вопроса природе либо людям – индифферентно. Но всякий действительный вопрос, возрастающий из гущи жизни и неразрешимый с помощью уже отработанных, обычных и заштампованных рутинных методов, всегда формулируется для сознания как формально-неразрешимое противоречие. А еще поточнее, как ло-

' К. Маркс и Ф Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.. Энгельс. Соч., т. 30, стр. 517 – 518.

с.168.

гическое противоречие, неразрешимое чисто логическими средствами, другими словами рядом чисто механических операций над ранее заученными понятиями (а еще поточнее – определениями).

Философия издавна узнала, что действительный вопрос, подлежащий решению только через предстоящее исследование фактов, всегда смотрится как логическое противоречие, как феномен. Потому конкретно там, где Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. в составе познания вдруг возникает противоречие (одни молвят так, другие – этак), только и появляется, фактически, потребность и необходимость поглубже изучить сам предмет. Противоречие – показатель, что познание, зафиксированное в принятых положениях, очень общо, неконкретно, односторонне.

Мозг, приученный к действиям по штампу, по готовому рецепту «типового решения», и теряющийся там, где от Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. него требуется самостоятельное (творческое) решение, поэтому и «не любит» противоречий. Он старается их обходить, замазывать, сворачивая снова и снова на затоптанные, рутинные дорожки. И в случае беды, когда противоречие упорно появляется вновь и вновь, таковой разум срывается в истерику, конкретно там, где необходимо мыслить. Как следует, отношение Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. к противоречию и является очень четким аспектом культуры мозга. Даже, фактически говоря, показателем его наличия.

Когда-то в лаборатории И. П. Павлова производили над собакой очень противный (для собаки, очевидно) опыт. У нее старательно сформировывали и отрабатывали положительный слюноотделительный рефлекс на изображение окружности, и отрицательный – на изображение эллипса Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.. Потом, в один красивый денек, круг поворачивали в поле ее зрения так, что он равномерно

с.169.

«превращался» в эллипс. Собака начинала волноваться, и в некий точке срывалась в истерическое состояние, или впадала в тупую апатию, начинала отворачиваться от противного вида. Два строго отработанных условнорефлекторных механизма, прямо обратных по собственному действию, врубались Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. разом и сталкивались в конфликте, в сшибке, в антиномии. Для собаки это было непереносимо – момент перевоплощения А в не-А; момент, в каком «отождествляются противоположности», как раз и есть тот момент, в отношении к которому остро и верно выявляется принципное отличие мышления человека от отражательной деятельности животного.

Для подлинно Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. культурного в логическом отношении разума возникновение противоречия – сигнал возникновения препядствия, неразрешимой при помощи строго заштампованных умственных действий, сигнал для включения мышления – самостоятельного рассмотрения вещи, в осознании которой появилась антиномия. И мозг с самого начала нужно воспитывать так, чтоб противоречие служило для него не поводом для истерики, а толчком к самостоятельной работе Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., к самостоятельному рассмотрению самой вещи, а не только лишь того, что о ней произнесли другие люди...

Таково простое требование диалектики. А диалектика – совсем не загадочное искусство, характерное только зрелым и избранным мозгам. Она – действительная логика реального мышления, синоним определенного мышления. Ее-то и необходимо воспитывать с Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. юношества.

Нельзя не вспомнить тут опытные слова, произнесенные не так давно одним старенькым математиком. Рассуждая о причинах дефицитности культуры математического (и не только лишь математического) мышления у выпускников средних школ

с.170.

в последние годы,он очень точно охарактеризовал их так: в программках «слишком много совсем установленного», очень много «абсолютных истин»... Вот поэтому ученики Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., привыкающие «глотать жареных рябчиков абсолютной науки», и не находят позже путей к беспристрастной правде, к самой вещи.

«Вспоминаю себя, – разъяснил ученый, – свои школьные годы. Литературу нам преподавал очень грамотный последователь Белинского. И мы привыкли глядеть на Пушкина его очами, другими словами очами Белинского. Воспринимая как «несомненное» все то, что Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. гласил о Пушкине учитель, мы и в самом Пушкине лицезрели только то, что о нем сказано учителем – и ничего сверх этого... Так было до того времени, пока мне в руки случаем не попала статья Писарева. Она привела меня в замешательство – что такое? Все напротив, и тоже Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. внушительно. Как быть? И только тогда я взялся за самого Пушкина, только тогда я сам рассмотрел его подлинные красы и глубины. И только тогда я по-настоящему, а не по-школьному, сообразил и самого Белинского, и самого Писарева...»

Сколько людей ушло из школы в жизнь, заучив «несомненные» положения учебников о Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. Пушкине, и на том успокоившись! Естественно, что человек, наглотавшийся досыта «жареных рябчиков абсолютной науки», вообщем уже не желает глядеть на живых рябчиков, летающих в небе... Ведь не тайна, что у очень многих людей охоту читать Пушкина отбили конкретно на уроках литературы в средней школе. Да разве только Пушкина?

Могут сказать Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., что школа должна преподать ученику «несомненные» и «твердо установленные основы» современной науки, а не сеять в его неокрепшие мозги сомнения, противоречия и скептицизм. Правильно.

с.171.

Но не стоит забывать, что все «твердо установленные основы» сами есть не что другое, как результаты сложного поиска, не что другое, как с Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. трудом обретенные ответы на когда-то вставшие (и доныне понятные) вопросы, не что другое, как разрешенные противоречия. А не «абсолютные истины», свалившиеся с неба. Рябчика кто-то ведь был должен изловить и зажарить. И этому – а не заглатыванию пережеванной чужими зубами кашицы – нужно учить в науке. С самого первого Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. шага. Ибо дальше будет поздно.

Нагой итог без пути, к нему ведущего, есть труп, мертвые кости, скелет правды, неспособный к самостоятельному движению, как отлично выразился в собственной «Феноменологии духа» диалектик Гегель. Готовая, словесно-терминологически зафиксированная научная правда, отделенная от пути, на котором она была обретена, преобразуется в словесную шелуху, сохраняя, но Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., все наружные признаки правды. Тогда и мертвый хватает живого, не дает ему идти вперед по пути науки, по пути правды. Правда мертвая становится противником правды живой, развивающейся. Так выходит догматически окостеневший ум, оцениваемый на выпускных экзаменах на «пятерку», а жизнью – на «двойку» и даже ниже.

Таковой не любит противоречий Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., так как не любит нерешенных вопросов, а любит только готовые ответы; не любит самостоятельного интеллектуального труда, а любит воспользоваться плодами чужого интеллектуального труда, – тунеядец-потребитель, а не творец-работник. Таких, как досадно бы это не звучало, наша школа делает еще много...

Учить специфично людскому мышлению – означает учить диалектике Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., умению строго фиксировать противоречие, а потом отыскивать ему

с.172.

действительное разрешение на пути определенного рассмотрения вещи, реальности, а не методом формально-словесных манипуляций, замазывающих противоречия, заместо того чтоб их решать.

Вот и весь секрет. Тут же и отличие людского мышления от психики хоть какого млекопитающего, также от действий счетно-вычислительной машины Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.. Последняя тоже приходит в состояние «самовозбуждения», с ювелирной точностью «моделирующее» истерику собаки в опытах Павлова, когда на ее «вход» подают разом две взаимоисключающие команды – «противоречие». Для человека же возникновение противоречия – сигнал для включения мышления, а не истерики.

Диалектическое мышление и нужно развивать с юношества, с первых Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. шагов движения человека в науке. Другого пути к преобразованию дидактики на базе диалектического материализма, на базе диалектики как логики и теории зания материализма нет. В неприятном случае все дискуссии о таком «преобразовании» останутся невинным пожеланием, пустой фразой. Ибо «ядром» диалектики, без которого никакой диалектики нет, является как раз противоречие – «мотор Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с.», «движущая пружина» развивающегося мышления.

Нового здесь ничего нет. Всякий довольно умный и опытнейший преподаватель всегда это делал и делает. А конкретно: он всегда тактично подводит малеханького человека к состоянию «проблемной ситуации» – как именуют ее в психологии, – которая неразрешима при помощи уже «отработанных» ребенком методов деяния, при помощи уже усвоенных познаний и Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. в то же время довольно посильна для него, для человека с данным (точно учитываемым) багажом познаний. Такая ситуация просит, с одной стороны, активного использования всего ранее усвоенного, интеллектуального багажа, а с другой – не «поддается» ему до конца, требуя

с.173.

«маленькой добавки» – собственного суждения, простой творческой выдумки, капельки «самостоятельности» деяния. Если Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. человечек находит – после ряда проб и ошибок – выход из таковой ситуации, но без прямой подсказки, без натаскивания, он и делает действительный шаг по пути интеллектуального развития, по пути развития мозга. И таковой шаг дороже тыщи истин, усвоенных готовыми с чужих слов. Ибо только так и конкретно так воспитывается Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., умение совершать деяния, требующие выхода за границы данных критерий задачки.

Означает, диалектика есть всюду, где происходит выход из того круга данных критерий, снутри которого задачка остается разрешенной и неразрешенной (а поэтому имеет вид логического противоречия меж «целью» и «средствами» ее выполнения), в тот более широкий круг критерий, где она Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. реально, непосредственно, предметно и поэтому наглядно разрешается.

Такая диалектика осуществляется даже в случае решения простой геометрической задачки, требующей преобразования критерий, данных начальным чертежом, хотя бы само преобразование состояло всего-навсего в проведении одной-единственной излишней полосы, соединяющей две другие (данные), но прямо не соединенные, не связанные, либо Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., как выражаются в логике, неопосредствованные. Полосы, которая производит как раз связь – переход, перевоплощение и поэтому заключает внутри себя свойства обеих связываемых ею линий – и А и не-А.

Переход от 1-го к другому, от А к не-А, само собой понятно, может быть осуществлен только через «опосредствующее звено», через «средний Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. член умозаключения», как его именуют в логике, через «третье». Нахождение

с.174.

такового среднего члена всегда и составляет главную трудность задачки. Тут как раз и находится наличие либо отсутствие остроумия, находчивости и тому схожих свойств разума.

Разыскиваемое «третье» всегда обладает ярко выраженными диалектическими качествами. Конкретно; оно должно сразу заключить внутри себя и свойства Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. А, и свойства Б (другими словами не-А). Для А оно должно представлять Б, а для Б – быть образом А. Как дипломат в чужой стране представляет собою не свою персону, а свою страну. В стране А он – представитель не-А. Он должен гласить на 2-ух языках Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с., на языках обеих государств: той, которую он представляет, и той, в какой он является представителем. Другими словами, «средний член» – конкретное единство, соединение противоположностей, точка, в какой они преобразуются друг

в друга.

Схожую диалектику В. И.Ленин рекомендовал созидать в любом предложении. «Иван есть человек;

Жучка есть собака и т. п. Уже Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. тут (как гениально увидел Гегель) есть диалектика:отдельное естьобщее» 1.

Но при чем тут движение мысли, воспитание умения мыслить? Судите сами.

Сначала, если мы верно зафиксировали условия задачки как противоречие, то наша идея нацелена на отыскание того факта (полосы, действия, деяния и т. д. и т. п.), средством которого начальное Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. – М: Политиздат, 1968. – 319 с. противоречие только и может быть разрешено.

Мы пока не знаем, каково разыскиваемое «третье». Его конкретно и надлежит находить и отыскать. Но совместно с тем мы уже знаем о нем нечто очень принципиальное. А конкретно: оно должно сразу «подводиться»

1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 30, стр. 318.

с.175.


imami-mechetej-na-pyatnichnih-propovedyah-budut-nazivat-imena-dolzhnikov-alimentov.html
imbirnaya-molochnaya-pomadka.html
imeet-li-pravo-bank-publikovat-godovoj-buhgalterskij-otchet-v-otkritoj-pechati.html